Хотите, Регфорум подберет проверенного исполнителя для решения ваших задач?

Срок исковой давности: качание маятника

  • 5 апреля 2016 в 9:19
  • 2307
  • 8
  • 3

Здравствуйте, коллеги!

На неудачную формулировку статьи 200 ГК РФ после изменений, внесённых Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ, не обращал внимания только слепой да ленивый.

Прочитав в законе от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" фразу «при этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства», лично я немедленно вспомнил пресловутую историю с изменением срока исковой давности по недействительным сделкам в далёком 2005 году. Помните?

Изначально пункт 1 статьи 181 ГК РФ выглядел так:

1. Иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение.

Десять лет, обратите внимание.

К середине 2000-х страна начала оправляться от «дикого капитализма» и «лихих девяностых». И правоохранители – в частности, прокуратура — стали активно интересоваться вопросом чистоты приватизационных сделок 1990-х годов, по которым огромное количество государственных объектов перешло в частные руки. Стали появляться отдельные случаи признания сделок приватизации недействительными с перспективой реституции, и это было только начало. Запускавшийся процесс возврата незаконно приватизированного имущества в государственную собственность грозил стать массовым и лавинообразным. Думаю, вздрогнули очень многие.

И тогда «в интересах защиты права собственности и стабильности гражданского оборота» моментально появляется Федеральный закон от 21.07.2005 № 109-ФЗ "О внесении изменения в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". Всего-то срок исковой давности по ничтожным сделкам сократился до привычного глазу юриста трёхлетнего:

1. Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Маленькое такое, точечное изменение. Зато какой эффект!

Да, многие сделки приватизации были совершены с нарушениями (сюрприз!). Часть из них (о ужас!) ничтожна. Говоря по-русски, отдельные деятели просто украли государственное имущество, прикрываясь липовой бумажкой. Факты выявлены. Сделки – недействительны. Спасибо прокуратуре за проделанную работу. Буквально — открыли глаза! Но в отношении возврата имущества… Знаете, так получилось — уже ничего не поделать… Сроки-то истекли! (Фанфары.)

Зато спасли стабильность гражданского оборота. И неприкосновенность собственности. Чтобы не начался передел собственности.

Но гроза миновала. Сроки вышли все – в том числе десятилетние. Пришли люди, системно занявшиеся реформой гражданского законодательства. И вернули «десять лет» в статью 181 ГК – хотя и в несколько ином виде:

1. Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

(Федеральный закон от 07.05.2013 № 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации").

Ведь десятилетний срок здесь, как представляется, разумен и оптимален. Особенно – если пострадали права и законные интересы третьих лиц.

Но вернёмся к статье 200 ГК РФ. Юридическая общественность у нас всё-таки не слепая и отнюдь не ленивая. И то, что формулировка «при этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства» применительно к обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, заведомо ущемляет права и законные интересы очень многих, поняла сразу. Особенно когда дочитала закон № 100-ФЗ до части 9 статьи 3:

9. Установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Так что слух «будут менять» над землёй стелился давно. Ожидали, правда, что инициатором изменений будет один из думских комитетов. Вместо этого своё слово пока что сказал Конституционный Суд.

Постановление Конституционного Суда от 15 февраля 2016 г. № 3-П по делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона "о внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" вынесено в связи с жалобой конкретного гражданина. Дав взаймы в 2000 году «до востребования», в декабре 2014 года он столкнулся с невозможностью взыскать сумму долга, поскольку со дня возникновения обязательства заведомо прошло более десяти лет.

Рассматривая этот частный случай, Конституционный Суд совершенно справедливо оценил проблему как системную и признал часть 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" не соответствующей Конституции Российской Федерации «в той мере, в какой на ее основании решается вопрос о применении к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года, положения абзаца второго пункта 2 статьи 200 ГК Российской Федерации о том, что срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня возникновения обязательств, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования».

В определённой степени, полумера. Вроде бы речь идёт только от пострадавших в переходный период. И проблему можно исправить, не меняя положений ГК РФ:

Сказанное не исключает право федерального законодателя внести коррективы в переходные положения Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", установив — с учетом даты вступления в силу настоящего Постановления — разумный срок, в течение которого исковая давность не считается истекшей и кредитор по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, в случаях, когда на момент вступления в силу абзаца второго пункта 2 статьи 200 ГК Российской Федерации в новой редакции установленный им десятилетний срок для защиты нарушенного права истек, может, в частности, предъявив требования об исполнении обязательства в судебном порядке, рассчитывать на получение эффективной судебной защиты.

Если законодатель пойдёт по этому простому пути, то корректировка затронет только отношения, возникшие до 1 сентября 2013 года. Тогда останется в силе действующая неудачная формулировка статьи 200 ГК, и актуальным — сделанный юристами практический вывод: давать в долг на длительные сроки «до востребования» – нельзя! Потеряете деньги.

Но это, как представляется, было бы не слишком правильно. Тем более что Конституционный Суд, при всей сдержанности в выводах, в мотивировочной части высказывается достаточно ясно:

Интересы защиты права собственности и стабильности гражданского оборота предопределяют не только установление судебного контроля за обоснованностью имущественных притязаний одних лиц к другим, но и введение в правовое регулирование норм, которые позволяют одной из сторон блокировать судебное разрешение имущественного спора по существу, если другая сторона обратилась за защитой своих прав спустя значительное время после того, как ей стало известно о том, что ее права оказались нарушенными. В гражданском законодательстве — это предназначение норм об исковой давности…

Видите: вновь «интересы защиты права собственности и стабильности гражданского оборота» — та самая священная корова, во имя которой когда-то спешно меняли статью 181 ГК. В сочетании с «после того, как ей стало известно», в устах Конституционного Суда это выглядит как руководство к действию. Так что – ждём изменений в статье 200 ГК РФ и, может быть, в каких-то ещё статьях, касающихся исковой давности. Качнувшись не в ту сторону, маятник начал обратное движение.

Добавить
Для того чтобы оставить комментарий или проголосовать, вам необходимо войти под своим логином или пройти несложную процедуру регистрации
Также, вы можете войти используя:

Спасибо за публикацию. Интересную вы тему подняли. Бьюсь об заклад, что далеко не все кредиторы "до востребования" в теме, и что господин, который прогулялся в Конституционный суд, не последний, кто столкнется с невозможностью возврата долга. Восприятие начала течения срока давности с момента возникновения обязательства вообще, а не обязательства по возврату долга после заявленного требования - хитрая штука. Особенно в контексте вполне жизненных в нашей действительности ситуаций, когда нередко случается, что должник - много кому должник, а кредитор сидит над договором и думает: пойти посудиться = пошлина и прочие расходы, а потом все равно ничего не взыщут; не ходить судиться - а сроки-то тю-тю. Никакого тебе "не мне, так наследникам моим все равно заплатит". 

7 апреля 2016 в 18:591

Благодарю за отзыв, коллега! Сегодня как раз обсуждали со студентами: удачна ли формулировка п.2 ст. 196 ГК. Пришли к выводу, что не особенно. Но пока не сошлись - надо норму разъяснять или изменять.

7 апреля 2016 в 20:36

Огромное спасибо за вашу статью! Я не юрист, но меня этот вопрос очень заинтересовал. Если позволите, я хотела бы обратиться к Вам с интересующим меня вопросом.  

Применимо ли постановление Конституционного Суда по срокам исковой давности к признанию договора дарения недействительным с целью подачи заявления о пересмотре решения в этой части.

Попробую пояснить.

В 2001 году собственница жилого дома, желая в обход требований ст. 18 Закона Украины от 26 апреля 2001 г. № 2402-III «Об охране детства», распорядиться домом без согласия органа опеки и попечительства, завела, якобы взамен утраченной новую домовую книгу, в которой не были указаны зарегистрированными несовершеннолетние, после чего 1 октября 2001 года заключила договор дарения жилого дома  со своей дочерью. Договор удостоверен частным нотариусом Севастопольского городского нотариального округа  и зарегистрирован в БТИ.

Согласно ч. 1 ст. 48 ГК УССР, действовавшего на момент совершения сделки, недействительна сделка, не соответствующая требованиям закона, в том числе ущемляющая личные или имущественные права несовершеннолетних детей.

            Таким образом, сделка должна быть признана недействительной как не соответствующая требованиям закона – не было получено согласие органа опеки и попечительства на ее совершение, а также нарушающая личные, то есть жилищные права несовершеннолетних детей.

            Аналогичные правила содержатся в законодательстве Российской Федерации.

             Ст. 168 Гражданского кодекса РФ указывает, что сделка, не соответствующая требованиям закона, - ничтожна. 

            Ст. 169 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что сделка, совершенная с целью заведомо противной основам правопорядка или нравственности, - также ничтожна.

            П. 4 ст. 292 Гражданского кодекса РФ устанавливает правило о том, что отчуждение жилого помещения, где проживают дети, надо проводить только с согласия органов опеки. 

            Конституционный Суд РФ в абз. 1 п. 3 Постановления от 08 июня 2010 года № 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

            В силу ч. 2 ст. 38 и ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ч. 3 ст. 17, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, граждане при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и, во всяком случае, их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное приводило бы к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ч. 2 ст. 38.

            При таких обстоятельствах договор дарения является ничтожным.

            Истцы, которые на момент сделки были несовершеннолетними, узнали о совершенной сделке при получении иска о выселении 22 июня 2015 г. и с этого момента в силу ст. 200 ГК РФ начинает течь срок исковой давности.

На основании ст. 39 ГПК РФ, уточнили исковые требования: 

дополнили исковые требования: просили применить последствия недействительности ничтожной сделки – признать жилой дом наследством, открывшимся после смерти дарителя, умершей в 2014 году.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, к ничтожной сделке применяются последствия недействительной сделки.

Последствием признания договора дарения недействительным является возвращение сторон в первоначальное положение.

Вместе с тем, сторона сделки – даритель умерла в 2014 году, поэтому последствием недействительности ничтожной сделки является открытие наследства на жилой дом после умершей в 2014 г.

Было отказано в иске в связи с пропуском срока исковой давности.

Т.е. по сути теперь этих уже ставших совершеннолетних детей, которые все время проживали и проживают все как члены семьи, родная тетя решила признать их бывшими членами семьи и выгнать на улицу. По сути они просто станут "бомжами", ведь никакого иного жилья у них нет.  Тетушка устроила на территории гостиницу и сдает отдыхающим. Мы то теперь Россия, вот так радость возвращения в Россию у этих ребят омрачена, вера в законность сошла на нет, ведь суд вынеш решение о выселении их без предоставления иного жилья, решение вступило в законную силу.

Вот потому и заявляли о признании договора дарения недействительным. Но у наших Севастопольских судей во главе не закон стоит, а принцип "кто богаче, у кого кошелек толще, тот и прав"

Буду очень благодарна, если сможете посоветовать. 

8 апреля 2016 в 23:06