Здравствуйте!
Суд округа подтвердил привлечение к субсидиарной ответственности бывшего руководителя, который утверждал, что являлся номинальным директором и не принимал реальных управленческих решений. Разбираем, почему суд не принял этот довод и какие обстоятельства стали решающими.
Фабула
В рамках дела о банкротстве общества конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности трех контролирующих лиц, в том числе бывшего генерального директора и учредителя.
Основание для привлечения — результаты выездной налоговой проверки, которой установлено занижение налоговой базы путем создания формального документооборота с проблемными контрагентами. Доначисленные налоги и пени составили более 50% всех требований кредиторов, включенных в реестр.
Один из ответчиков возражала, утверждая, что являлась номинальным директором: была назначена формально, на временной основе, по настоянию учредителя, реальное управление осуществляли другие лица, а ее действия сводились к техническому подписанию документов.
Суд первой инстанции отказал в привлечении этого ответчика, посчитав, что она не являлась контролирующим лицом. Однако апелляция отменила определение и привлекла ее к субсидиарной ответственности. Суд округа поддержал позицию апелляции.
Почему суд привлек номинального директора
Сработала презумпция из подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Если требования налогового органа, возникшие вследствие правонарушения, превышают 50% общего размера требований кредиторов третьей очереди, предполагается, что банкротство вызвано действиями контролирующих лиц. В данном случае доля налоговых требований составила 93,5%.
Ответчик не опровергла презумпцию. Она ссылалась на номинальный статус, но не представила доказательств, что не участвовала в управлении или не знала о нарушениях. Напротив, из материалов дела следовало, что она длительное время работала главным бухгалтером, затем стала директором, подписывала документы по сделкам с проблемными контрагентами и отвечала за организацию бухгалтерского учета.
Номинальный директор отвечает наравне с фактическими контролирующими лицами. Законодательство предусматривает привлечение к субсидиарной ответственности как теневых, так и номинальных контролирующих лиц. Номинальный директор своим поведением содействует сокрытию личности действительных правонарушителей, поэтому подлежит ответственности солидарно с бенефициарами.
