Бизнес-консультант, Практикующий юрист
Посты
83
Лайки
366

Почему иностранный бизнес не уходит из России в 2024 году

  • 5 июня 2024 в 8:38
  • 476
  • 1
  • 0

Внимание!

Получите ответы на вопросы по регистрации и внесению изменений юрлиц и ИП в телеграм-чате Регфорума.
Перейти в чат: https://t.me/reg_regforum

    Чего ждет иностранный недружественный бизнес, оставшийся в России, какова экономика ухода с российского рынка в 2024 году и какие есть риски от нахождения в бизнес-партнёрстве с иностранным недружественным лицом. 

    В ряде федеральных СМИ (например, Ведомости и РБК), со ссылкой на FinancialTimes, сообщили, что западные компании не хотят уходить из России, хотя изначально к этому готовились. Пишут, что количество таких компаний, которые поменяли свое мнение в отношении ухода с российского рынка, более 2,1 тыс.

    По данным тех же СМИ, цифра «в более 2,1 тыс» учитывает только те российские компании, которыми владеют транснациональные корпорации недружественного происхождения, но не учитывает те российские компании, которые представлены небольшими частными инвесторами, но это уже скорее погрешность.

    Чего ждет иностранный недружественный бизнес, оставшийся в России

    С учетом личной практики взаимодействия с недружественным элементом и исходя из анализа текущей экономики ухода иностранного бизнеса из России, можно выделить «две» группы иностранных инвесторов, нежелающих покидать российскую юрисдикцию:

    - желающие продолжать свой бизнес в России любой ценой;

    - нежелающие уходить из-за «дороговизны» ухода.

    С первой группой желающих остаться в России все понятно, так как они верят, что экономика превыше политики и понимают, что уход – это потеря рынка сбыта навсегда.

    Ко второй группе относятся те, кто решил повременить с уходом до наступления возможного «апогея санкционного давления», то есть подождать.

    Есть во второй группе те, кто еще старается работать в текущих условиях, но в основном больше тех, кто просто ждет и занимается выжиманием из своих активов последнего. Такое «выжимание» может происходить, например, через выплату дивидендов или оплату вклада в уставный капитал какой-нибудь компании, зарегистрированной в недружественной юрисдикции и выводит в недружественную страну небольшие суммы денежных средств (в пределах лимитов в 10 млн или 15 млн рублей, установленных Банком России). В глобальном масштабе суммы небольшие, но показателен сам факт.

    Из описания двух приведенных выше групп можно сформулировать и причины того, почему иностранный бизнес пытается удержаться в России. Причин также, как и групп, «две»:

    - попытка сохранить рынок сбыта;

    - ожидание наступления удобной экономической и регуляторной конъюнктуры (для полного ухода с рынка или для полноценного возобновления деятельности).

    Разбор первой причины поведения иностранных акционеров (участников) российских компаний нам не интересен. Для нас важно понять, из чего состоит экономика выхода лицами из недружественных стран из капитала российской компании и на сколько такой выход «дорогой».

    Экономика ухода иностранцев в 2024 году

    «Санкционному» регулированию сделок по отчуждению долей в ООО или акций в АО (корпоративных сделок), в которых участвуют лица из «недружественных» государств, уже более 2 (двух) лет. Данное регулирование затрагивает не только вопросы выдачи разрешений на совершение корпоративных сделок с недружественными лицами, но и определяет предельные значения условий для таких сделок, способ расчета по данным сделкам и размер сопутствующих платежей в бюджет и других обязательных расходов, которые понесут стороны таких сделок.

    Представим сделку по приобретению российским или дружественным резидентом доли или акций в российской компании у участника (акционера), который является лицом из недружественного государства, в виде хозяйственной операции.

    В результате совершения описанной выше операции (сделки) покупатель получает экономическую выгоду в виде «50%» (пятидесятипроцентного) дисконта за вычетом расходов на «дивидендный» НДФЛ, на уплату добровольного взноса (15%), на проведение независимой оценки и ее экспертизы в СРО и иных дополнительных расходов (например, услуги консультантов).

    Государство от такой сделки (операции) в итоге получает добровольный взнос (15%), налог на «дивиденды» (15%), потенциальные налоги с покупателя, если посчитает его сделку неоправданно выгодной для него, и «джек-пот» в виде зачисления исполнения по этой сделке на счет типа С.

    Продавца ждет только убыток. Размер его убытка будет определяться как разница между тем, что продавец реально получит от сделки (операции) и тем, за что он мог продать свой бизнес при благоприятной рыночной конъюнктуре.

    Сегодняшняя практика работы подкомиссии такова, что значительная часть разрешений на корпоративные сделки, которые выдает подкомиссия, выдаются только при условии, что денежные средству по исполнению таких сделок с недружественными лицами будут зачислены на счет типа С. Разрешения, где недружественным иностранцам разрешено совершать корпоративные сделки (операции) с получением исполнения по ним на свои счета в иностранных банках, встречаются не часто.

    Как известно, деньги со счета типа С вывести невозможно. Также из сообщений официальных лиц известно, что деньги на счетах типа С первыми пойдут в зачет тех убытков, которые РФ получит от изъятия своих активов в недружественных странах. Поэтому, итогом всех расчетов станет то, что уходящий иностранный инвестор от такой сделки (операции) ничего не получит.

    Что ждет тех недружественных иностранцев, кто не уйдет из капитала российских компаний и риски бизнес-партнерства с лицами из недружественных государств

    Обозримая перспектива не предполагает какого-либо смягчения санкционного регулирования ухода недружественного элемента из российской экономики. Наоборот, следует ожидать только ужесточение санкционного регулирования. Как минимум, на это указывает недавнее принятие Указа Президента РФ о возможной национализации на территории РФ имущества частных лиц и компаний из США для покрытия ущерба от действий США по изъятию российских суверенных активов. Не исключено, что правовое регулирование порядка национализации имущества, принадлежащего лицам из США, распространит свое действие и на лиц из стран Европейского Союза!

    В итоге, иностранные недружественные инвесторы придут к тому же сценарию, к которому они бы пришли, уходя из России добровольно за «1» рубль или с зачислением исполнения по сделке на счет типа С.

    Примеры ухода из России за «1» рубль (с возможностью потенциального обратного выкупа своего актива) гигантов иностранного бизнеса являются показательными. Возможно, в текущих условиях, самый оптимальный для ухода иностранного бизнеса из России вариант –  это уход за «1» рубль с возможностью обратного выкупа.

    Очевидно, что в условиях текущей реальности деньги российской компании необходимо инвестировать в дальнейшее развитие ее деятельности, а не тратить их на исполнение «невесомых» обязательств (дивидендов, займов и т.д.) перед ее недружественными иностранными акционерами.

    О субсидиарных рисках, которые касаются топ-менеджеров российских компании или остающихся в компаниях акционеров, лучше подумать заранее. Такие риски могут возникнуть у тех, кто состоял вместе с недружественными иностранцами в бизнес-партнерстве и не способствовал их «дружескому» уходу из российского бизнеса либо у тех, кто совершал сделки (операции) с недружественными иностранцами в обход действующего санкционного регулирования без получения разрешения подкомиссии.

    Вероятность того, что государство может «спросить» с топ-менеджмента и остающихся акционеров за то, что после введения значительного числа санкционных ограничений они длительный период времени продолжали сотрудничество с лицами из недружественных государств и помогали им выводить деньги из бизнеса либо за то, что сделка с иностранным недружественным лицом была совершена в обход санкционного регулирования, очень высока.

    Как минимум, есть риск признания подобных операций (сделок) «антисоциальными», как, например, было в недавнем деле № А41-6043/2024 по спору ФНС. Результатом такой сделки (операции) будет то, что к виновной стороне будет применена «крайняя» форма реституции – ей придется заплатить в доход государства всю «сумму» неправомерно совершенной (исполненной) сделки (операции) (ст. 169 Гражданского кодекса РФ).  

    Может быть и более мягкий вариант возврата имущественного статуса сторон неправомерно совершенной сделки (операции) к первоначальному состоянию – стороны сделки должны будут вернуть все полученное по ней в исходное состояние (двухсторонняя реституция) (п.2 ст.167 Гражданского кодекса РФ). Так, например, было в деле № А41-101031/2022 (спор между Бауэр Технология и ИП Прудников Р.П.).

    Данные примеры, хоть и являются частными случаями, но зато они наглядно показывают нам, каким станет санкционное правоприменение в обозримой перспективе. Это означает, что негативная практика в отношении сделок (операций) с недружественными иностранными лицами будет множиться и дальше и мы обязательно увидим новые интересные кейсы.

    Благодарю, что дочитали до конца!

    Антон Свирякин, Практикующий юрист, Руководитель проектов по налогам, корпоративному управлению и GR

    Добавить
    Бизнес-консультант, Практикующий юрист
    Для того, чтобы оставить комментарий или проголосовать, вам необходимо войти под своим логином или пройти несложную процедуру регистрации
    Также, вы можете войти используя:

    Прямой эфир

    Сократился срок регистрации при изменении участников в ООО
    zaprosto13 июня 2024 в 11:53
    ОКВЭД для ИП: отказали в регистрации
    Максим Шедогубов11 июня 2024 в 14:32
    FAQ от ФНС: смена адреса юридического лица, находящегося в процессе реорганизации
    Александр МИРОЛЮБОВ10 июня 2024 в 12:23
    Оплачен УК был не полностью, и после покупки доли оказались меньше