Как говорил незабвенный Чебурашка, «мы строили, строили и наконец – построили!»… Почему-то именно подобная ассоциация возникла в связи с вступлением в силу для многих долгожданного и многообсуждаемого закона «против коллекторов» с длинным названием – «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»» (ФЗ от 03.07.2016 № 230-ФЗ).
Кажется, призывы приструнить коллекторов начали звучать с тех самых пор, когда в РФ появилось это чуждое русскому уху зарубежное слово «коллектор». Но, видимо, пока специалисты подобного рода дел не натворили совсем уж «делов», прямо прописанных в УК РФ, а главное, ставших достоянием общественности и активно освещенных СМИ, негласное противодействие против «цивилизации» коллекторского рынка было слишком сильно. Теперь все, по идее, должно серьезно измениться.
На Регфоруме уже был обзор тогда еще законопроекта о коллекторах, в котором упоминались ключевые изменения – введение рамок взаимодействия коллекторов с должниками и дополнительных требований к коллекторским агентствам, включая недешевую регистрацию в специальном реестре.
И все-таки несмотря на наличие указанного выше обзора позволю себе в данном более подробном обзоре уже Закона обратить внимание на некоторые нюансы новорожденного закона.
Предмет регулирования
Закон действует при следующих условиях:
- Должник – физическое лицо;
- Обязательство – денежное и не связано с предпринимательской деятельностью ИП, равно как не связано с долгами по оплате ЖКУ;
- Срок уплаты задолженности пропущен;
- Кредитор-юридическое лицо, либо физическое лицо при сумме долга более 50 тыс. рублей, либо физическое лицо, получившее права требования на любую сумму в результате цессии.
Другими словами, если друг оказался вдруг и не друг и не возвращает крупный в понимании Закона долг на сумму свыше 50 тыс. рублей, то на тебя, кредитор, распространяются все требования Закона. И наоборот, если должник, например, не деньги должен, а исполнение в натуре затягивает, а кредитор на него активно воздействует – тут Закон как бы не при чем.
Общение с должником – как?
Закон устанавливает фактически закрытый перечень способов взаимодействия с должником, в который входят:
- Личные встречи и телефонные переговоры (совокупно – непосредственное взаимодействие);
- Телеграфные, текстовые, голосовые и иные сообщения по любым системам связи, включая «подвижную радиотелефонную связь»;
- Почтовые отправления по месту жительства и месту пребывания.
Все остальное – только по письменной договоренности с должником (от которой тот может еще и отказаться в любое время, уведомив кредитора через нотариуса, заказным письмом или лично под расписку). Таким образом, должны – по духу и букве Закона – кануть в Лету такие «способы взаимодействия» как надписи в подъездах, письма соседям-родителям-родственникам-знакомым-на работу и т.п. Впрочем, общение коллекторов с «третьими лицами» все-таки возможно – при наличии согласия должника и отсутствии несогласия соответствующего третьего лица. К сожалению, положение о «несогласии» родственника на общение с выбивателем долга никак не конкретизировано. Соответственно, не до конца ясно, как защитит Закон, положим, маму-бабушку непутевого сына-внука-игромана-наркомана, который согласие на взаимодействие коллекторов с мамой подписал, а сам исчез в неизвестном направлении.
Способы взаимодействия с некоторыми категориями должников ограничены еще в большей степени: так Закон запрещает непосредственно взаимодействовать (т.е. общаться лично и по телефону) с должниками, в отношении которых признано обоснованным заявление о банкротстве и введена реструктуризация долгов/должник признан банкротом, с должниками, лишенными или ограниченными в дееспособности, инвалидами первой группы, несовершеннолетними, а также находящимися в стационаре.
Вообще на непосредственные контакты с должниками законодатели обратили пристальное внимание, подробно зарегулировав время контактов, частоту встреч-звонков и т.п.
Однако Закон, как мне кажется, содержит немалый простор для поиска лазеек и кривых дорожек: взять хотя бы фразу о том, что «по инициативе кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, не допускается направленное на возврат просроченной задолженности взаимодействие с должником посредством телеграфных сообщений... и т.д.». Предлагаю обратить внимание на выделенный фрагмент. Зарегулировано взаимодействие, направленное на возврат долга. А ненаправленное? Допустим, письмо «верни долг» пришлют, как положено, всего 16 раз в месяц. А фотографию с изображением известного монастыря рядом с которым расположено не менее известное кладбище – еще 32 раза. Как бы просто так. Виды красивые. Злоупотребление? Наверное, но это ведь еще доказать нужно.
Общение с должником – кто?
Закон предусматривает, что вступать в легальные контакты с должниками могут только:
- Кредитор, в том числе новый, после перехода к нему долга (на переход долга по просроченным потребительским займам наложены ограничения);
- Лицо, действующее от имени кредитора, если таковое лицо является кредитной организацией или профессиональной коллекторской организацией, включенной в соответствующий реестр.
Закон акцентирует внимание на том, что среди коллекторов – не место людям с судимостью за преступления против личности, преступления в сфере экономики или преступления против государственной власти и общественной безопасности. Возникает резонный вопрос – а если сам по себе кредитор, тот самый друг, который когда-то в долг сумму свыше 50 тыс. рублей (а значит, попадает под регулирование Законом) дал, а теперь почему-то назад требует – лицо с непогашенной судимостью? Логично, что на таких кредиторов данное ограничение распространяться не должно. Аналогичным образом обстоит дело с привлечением к взаимодействию с должником лиц, находящихся за границами РФ (обращаться с должниками из-за кордона нельзя, но если сам кредитор – там, логично, что его это правило касаться не должно).
Закон устанавливает ограничения на количество воздействующих на должника субъектов – согласно части 9 статьи 6 Закона общаться с должником лично, по телефону и направлять ему различного рода сообщения, передаваемые по каналам связи, может либо сам кредитор, либо уполномоченное им лицо (одновременно обоим – нельзя). Если кредитор привлекает к возврату долга коллектора, то последний тоже может быть только один. При этом при замене привлекаемого для взаимодействия с должником лица кредитор обязан направить должнику письменное уведомление в течение 30 дней с даты привлечения «помощника», содержащее сведения о таком лице.
Общие требования к «выбиванию» долга
Содержание статьи 6 Закона «Общие требования к осуществлению действий, направленных на возврат просроченной задолженности» вызывает смешанные чувства. С одной стороны, звучит замечательно:
«не допускаются действия … связанные с применением к должнику и иным лицам физической силы либо угрозой ее применения, угрозой убийством или причинения вреда здоровью; уничтожением или повреждением имущества либо угрозой таких уничтожения или повреждения…» и т.п.
С другой стороны, так и напрашивается вопрос к специалистам нашим в области законотворчества: а что, если б в Законе об этом не упомянули, подобные действия «допускались бы» законодательством? Кажется, в тот момент, когда ваялась на утешение публике статья шесть, о существовании УК РФ законодатели запамятовали…
Передача персональных данных
В процессе обсуждения Закона, когда он был еще законопроектом, много говорили о правилах, касающихся передачи персональных данных должников. Дебаты разгорелись вокруг нормы, воплотившейся в п. 3 ст. 6 Закона:
Если иное не предусмотрено федеральным законом, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, не вправе без согласия должника передавать (сообщать) третьим лицам или делать доступными для них сведения о должнике, просроченной задолженности и ее взыскании и любые другие персональные данные должника.
Высказывались мнения, что данная норма существенно усложнит передачу долгов коллекторам. Однако данную норму необходимо рассматривать совокупно с положениями п. 5 той же статьи, согласно которому ряду субъектов кредитор может передавать персональные данные должников независимо от их согласия. Профессиональные коллекторы, включенные в реестр, в этот перечень вошли.
Отказ от взаимодействия с кредиторами
Примечательна статья 8 Закона, согласно которой должник имеет право вообще отказаться общаться с охотниками за его долгами.
Варианта два:
- Направление кредитору или его представителя заявления с указанием на возможность взаимодействия только с представителем должника, каковым может выступать только адвокат (еще одна адвокатская монополия образовалась!);
- Полный отказ от взаимодействия с кредитором (таковой возможен лишь по истечении четырех месяцев с даты возникновения просрочки исполнения).
