По полцарства не отчуждаем

Добрый день, коллеги!

На основании утвержденного определением Президиума Суда по интеллектуальным правам от 02.10.2015 по делу № СИП-248/2014 мирового соглашения от 30.09.2015, заключенного, в том числе Компанией Ле Публикасьон Конде Наст С.А. и ОАО «Синергия капитал», его стороны установили, в том числе режим совместного владения товарными знаками.  После чего названные компании 16.12.2015 заявили на государственную регистрацию «отчуждение 50% исключительных прав на товарные знаки» в Роспатент. Роспатент, рассмотрев данное заявление, пришел к обоснованному выводу о том, что «отчуждение 50% исключительных прав на товарные знаки» противоречит действующую законодательству РФ и самому существу исключительного права на товарный знак. «Совладельцы товарных знаков» оспорили принятое Роспатентом решение об отказе в регистрации заявленного «отчуждения 50% исключительных прав» в судебном порядке. 

Суды первой и апелляционной инстанции поддержали решение Роспатента, однако Суд по интеллектуальным правам, ссылаясь на положения международных соглашений, участницей которых является Российская Федерация, отменил принятые по делу судебные акты. Не согласившись с таким нетипичном для сложившейся правоприменительной практики решением Суда по интеллектуальным правам от 15.12.2017 по делу № А40-210165/2016, Роспатент обратился в Верховный Суд Российской Федерации (далее – ВС РФ) с кассационной жалобой.  Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, рассмотрев судебное дело, пришла к выводам о том, что указанная кассационная жалоба Роспатента подлежит удовлетворению, а принятое по делу постановление Суда по интеллектуальным правам от 15.12.2017 отменено, в том числе ввиду нижеследующих обстоятельств по делу.

Ни для кого не секрет, что товарный знак – это обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей (ст. 1477 Гражданского кодекса РФ). В соответствии с п. 1 ст. 1488 Гражданского кодекса РФ по договору об отчуждении исключительного права на товарный знак одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать в полном объеме принадлежащее ей исключительное право на соответствующий товарный знак в отношении всех товаров или в отношении части товаров, для индивидуализации которых он зарегистрирован, другой стороне - приобретателю исключительного права. Исходя из правовых норм п. 2 ст. 1233, п. 1 ст. 1477, п. 1 ст. 1488 Гражданского кодекса РФ, отчуждение исключительного права на товарный знак более чем одному лицу противоречит существу исключительного права на товарный знак, его основополагающей индивидуализирующей функции. 

При этом ВС РФ прямо указал, что случай совладения исключительным правом, установленные п. 2 ст. 1229 Гражданского кодекса РФ, в данном случае не может быть применен, так как в названной пункте статьи установлен лишь общее правило о принадлежности исключительных прав, специальные же нормы, непосредственно регулирующие правоотношения по поводу обладания исключительным правом на товарный знак, установлены в параграфе 2 главы 76 Гражданского кодекса РФ. 

Случаи применения норм п. 2 ст. 1229 Гражданского кодекса РФ непосредственно определены ст. 1510, 1511 Гражданского кодекса РФ и распространяется исключительно на иной вид товарных знаков – коллективные товарные знаки, и соответственно, не применяются в отношении товарных знаков. Кроме того, по общему правилу, к интеллектуальным правам также не применяются положения раздела IIГражданского кодекса РФ согласно п. 3 ст. 1227 Гражданского кодекса РФ.

Что касается норм международных соглашений, участницей которых является Российская Федерация, ВС РФ указал, что положения п. 3 ст. 5С Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883 (далее – Парижская конвенция), посвященным вопросам использования товарного знака, как и статья 11 Сингапурского договора о законах по товарным знакам от 27.03.2006, предусматривающая порядок изменения владельца товарного знака, не предписывают в Российской Федерации предоставлять правовую охрану товарным знакам на имя нескольких лиц одновременно. Кроме того, согласно статье 6С Парижской конвенции условия подачи заявки и регистрации товарных знаков определяются в каждой стране - участнице непосредственно ее национальным законодательством.

Помимо прочего, ВС РФ акцентировал внимание на положениях ч. 1 ст. 142 Арбитражного процессуального кодекса РФ, согласно которым мировое соглашение исполняется лицами, его заключившими, добровольно в порядке и в сроки, которые предусмотрены этим соглашением. В связи с чем на Роспатент, не являющийся стороной такого соглашения, не возложены какие-либо обязанности, в том числе по регистрации заключенного сторонами соглашения договора о совместном обладании исключительным правом на товарный знак. А заключенное и утвержденное судом мировое соглашение не лишает Роспатент обязанности исполнения им государственной функции по государственной регистрации договора в порядке, установленном п. 1 ст. 1490 Гражданского кодекса РФ. 

В связи с вышеизложенным, определением Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 03.07.2018 № 305-КГ18-2488 доподлинно подтверждено, что действующим российским законодательством, как нормами международных соглашений, участнице которых является Российская Федерация, не предусмотрен порядок регистрации исключительного права на товарный знак на имя более чем одного лица – правообладателя товарного знака.