Здравствуйте!
Конкурсный управляющий попытался взыскать с двух бывших руководителей общества убытки в размере суммы, перечисленной должником в пользу контрагента. Сделка ранее была признана недействительной, деньги взысканы с получателя. Суды трёх инстанций отказали в иске к директорам, указав, что само по себе признание сделки недействительной и отсутствие первичных документов не свидетельствуют о недобросовестности руководителя и не выходят за пределы обычного предпринимательского риска.
Фабула дела
В период с апреля по декабрь 2021 года общество перечислило в пользу одного контрагента более 1,3 млн рублей. Впоследствии эти перечисления были признаны недействительными сделками, и суд взыскал соответствующую сумму с получателя денег в конкурсную массу. Заявитель настаивал, что ответственность должны нести и бывшие руководители, поскольку именно они совершили неправомерную сделку по выводу денежных средств. Один из ответчиков руководил обществом в период с апреля по июль 2021 года, другой — с июля 2021 по январь 2022 года.
Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании с обоих бывших руководителей убытков в размере перечисленной суммы, ссылаясь на то, что их действия привели к утрате возможности пополнения конкурсной массы.
Как решили суды
Суды двух инстанций отказали в удовлетворении заявления, и суд округа согласился с этим. Суды установили, что сделка оспаривалась по мотиву её безвозмездного характера — как совершённая в отсутствие оправдательных документов, подтверждающих обоснованность перечисления. При этом суд, признавший сделку недействительной, не установил признаков аффилированности между должником и контрагентом. В отношении получателя денег возбуждено исполнительное производство, которое на момент рассмотрения спора являлось действующим. Следовательно, возможность взыскания денег с контрагента не утрачена.
Суды подчеркнули, что негативные последствия, наступившие для общества в период, когда его возглавлял конкретный директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности его действий. Возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Признание сделки недействительной исключительно на основании отсутствия первичных документов, а не в результате противоправных действий руководителей, не выходит за пределы обычного предпринимательского риска и не влечёт причинение убытков обществу, тем более при отсутствии доказательств взаимосвязанности сторон сделки. Таким образом, конкурсный управляющий не доказал ни противоправность действий ответчиков, ни их вину, ни причинно-следственную связь между этими действиями и убытками должника.
Суд округа поддержал выводы нижестоящих инстанций, отклонив доводы кассационной жалобы. Кассация указала, что переоценка доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами её компетенции. Оснований для отмены судебных актов не установлено.
